ПОЛОЦКО - ВИТЕБСКАЯ ЕПАРХИЯ

Статистические сведения о духовенстве и приходах (1861 - 1990)

 

Поиск

Искомое.ru
 

Хроника религиозной жизни на территории Полоцко-Витебской епархии в период немецкой оккупации в 1941–1944 годах

 

© Горидовец В.В.

В июле 1941 г. города Витебск и Полоцк были заняты немецкими войсками, оказавшись в тыловом районе группы армий «Центр». Вскоре после этого стало возобновляться богослужение во многих православных приходах. Инициатива проявлялась как со стороны населения, так и немецкими военными властями: по свидетельству протоиерея Павла Каменцева, немецкие военные оккупационные органы власти в 1941 г. собирали сведения о проживавшем на подконтрольной им территории православном духовенстве и настойчиво предлагали начать богослужения в уцелевших храмах.

Уже с 3 августа 1941 года начались богослужения в Покровской церкви г.Витебска, а затем – и в Казанской церкви Витебского Маркова монастыря, 19 августа - в Николаевском соборе в местечке Дрисса Полоцкого округа (современный г.Верхнедвинск). К ноябрю 1941 г. возобновились богослужения в церквях села Фальковичи и местечек Яновичи и Добея в окрестностях г.Витебска. В начале августа из антирелигиозного музея был возвращен в прежнее состояние костел св.Антония в г.Витебске. В начале декабря 1941 г. был освящен престол Полоцкого Софийского собора. На нем, по благословению митрополита Сергия (Воскресенского, была прикреплена грамота следующего содержания: «Дана сия грамота дисненскому благочинному магистру богословия Владимиру Голосову для освящения Софийского собора и престола, поруганного и оскверненного большевистской властью и превращенного в музей».

В условиях бурно возрождающейся церковной жизни стало моментально ощущаться недостаточное число священнослужителей, поскольку еще за несколько лет до начала войны церкви в Витебске были закрыты, а оставшиеся в живых священнослужители высланы за пределы Белоруссии. В результате в июне 1941 г. в Витебске нелегально проживал только один священник - Феодор Тонковид, который осенью 1937 г. вернулся из мест заключения и работал чернорабочим на обувной фабрике. В 1941 году он стал настоятелем Витебской Покровской церкви, затем служил в Казанской церкви Витебского Маркова монастыря, а впоследствии погиб 4.08.1942 г. в районе с.Ловец Невельского района.

Были случаи освобождения из концлагеря военнопленных для их участия в возрождении церковной жизни. Так, Петр Николаевич Мишин служил фельдшером в 104-м строительном батальоне под Витебском, а 11 июля 1941 г. попал в плен. Вскоре он был освобожден из лагеря и с 8 ноября 1942 по май 1944 гг. служил псаломщиком в Покровской церкви г.Витебска. Затем с июня 1944 по сентябрь 1945 гг. Петр Мишин служил псаломщиком в Параскевинской церкви г.Лепеля.

В начале августа 1941 г. сформировалось ядро будущего церковного управления в виде церковного подотдела отдела культуры Витебской Городской Управы. В его штат входили: 1) заведующий Еленевский В.Н.; 2) заведующая художественной мастерской Печенева Т.Х.; 3) художник Высоцкий П.А.; 4) секретарь Букаткина Л.Э.; 5) заведующий хозяйством Блохин Г.М.; 6) бухгалтер Чупахин И.Г. (с июня 1942 г.). В немецкую военную администрацию были поданы ходатайства об открытии церквей в Лесковичах, Шумилино, Сураже, Чашниках, Лиозно, Ловше, Лужесно и Высочанах. По ходатайству городской управы и приходских общин, немецкие власти передали им в пользование здание Витебского кафедрального Николаевского собора. Под руководством церковного подотдела с 28 октября 1941 г. здесь начались восстановительные работы, а к весне 1942 г. даже предполагалось выполнить художественные работы по иконописи и орнаментировке интерьера.

С августа 1941 года церковный подотдел отдела культуры Витебской городской управы возглавлял юрист Владимир Николаевич Еленевский – в 1920-1930-е гг. характеризовавшийся его оппонентами как «… душа витебских староцерковников» и «секретарь церковного управления тихоновцев … державший под своим реакционным влиянием целые благочиннические округа – Сиротинский, Городокский …». Такой человек привлек внимание представителей передовых немецких воинских частей, занимавшихся первоначальной организацией жизни городского населения, – и перенесенными от революционной власти гонениями за веру, и статусом дворянина, и организаторскими способностями.

В свою очередь, Владимира Николаевича несомненно волновала судьба мощей преподобной Евфросинии Полоцкой, ведь 5-7 июля 1941 г., ведь при эвакуации на восток фондов Витебского областного исторического музея гробница с ее мощами была просто оставлена в помещении антирелигиозного музея (бывшем здании костела св.Антония) и требовалось принять срочные меры для обеспечения сохранности святыни. Уже в начале августа 1941 г. мощи преподобной Евфросинии были перенесены в Покровскую церковь г.Витебска, где и находились до осени 1943 г. Необходимо отметить, что Владимир Еленевский с детства был близок к деятельности Полоцкого церковного братства во имя св. Николая и преподобной Евфросинии, княжны Полоцкой, поскольку был крещен активным членом этого братства – законоучителем Витебского женского училища, а затем и Полоцкой учительской семинарии протоиереем Михаилом Дубровским, в 1910 г. составившим и издавшим житие преподобной Евфросинии. Свое личное почитание преподобной Евфросинии Владимир Николаевич выразил в 1913 году, назвав именем полоцкой княжны свою старшую дочь.

Впоследствии с октября 1941 г. по ноябрь 1943 г. Владимир Николаевич занимался вопросами организации церковной жизни, не имея никакой официальной должности в городском самоуправлении, средства для жизни зарабатывал частной юридической практикой, а с сентября 1944 г. работал юрисконсультом Минского епархиального управления. (Впоследствии он скончался в Витебске 8 апреля 1954 г., а 4 ноября 2007 г. был прославлен в лике святых Синодом Белорусского Экзархата в чине исповедника веры).

В ноябре 1941 года церковный подотдел Витебской горуправы возглавил бывший староста Витебской Спасо-Преображенской церкви, школьный педагог Павел Владимирович Пароменский, который бессменно руководил им до ноября 1943 года. Прежде П.Пароменский, и В.Еленевский, были прихожанами Преображенского прихода в г.Витебске, единомышленниками, сохранившими духовный оптимизм в тяжкое время гонений на веру, а в условиях немецкой оккупации смыслом их деятельности стало возрождение духовной жизни. По личному свидетельству Павла Пароменского, имевшего большой опыт управления приходским хозяйством, «… за эту работу я принялся с большим энтузиазмом»: при церковном подотделе сразу же были открыты свечная, слесарная, столярная, а позже и иконописная мастерские, сформированы два церковных хора и хозяйственные службы приходов. Через это увеличился штат церковного подотдела, что помогло задействовать многих церковных людей и дать им шанс пережить жестокий голод, холод и болезни первой военной зимы, когда в Витебске скончалось более 400 человек гражданского населения, лишенного снабжения топливом и продуктами. За 1941-1942 гг. в условиях военного времени были отремонтированы и художественно оформлены пострадавшие от военных действий Казанская и Покровская церкви Витебска, лично П.В. Пароменским был составлен и издан «Молитвослов православного христианина», разработаны и отпечатаны формы бланков приходских метрических ведомостей, образован фонд помощи обездоленным жертвам войны.

Павел Пароменский установил письменную связь с митрополитом Белорусским Пантелеимоном (Рожновским), епископом Полоцким Афанасием (Мартосом), епископом Смоленским Стефаном (Севбо). Архиерейское управление православными приходами на территории Витебской области первоначально осуществлялось из Минска, а с февраля 1943 г., по требованию Витебской фельдкомендатуры, - из Смоленска. В своей деятельности церковный подотдел руководствовался принципом невмешательства в политические вопросы, но его деятельность все равно контролировалась немецкой военной администрацией через ортскомендатуру, фельдкомендатуру, СД, отделы пропаганды комендатур, роту пропаганды 3-й танковой армии. Немецкие военные оккупационные власти не имели права оказывать безвозмездную материальную помощь для восстановления храмов или функционирования приходов, предоставляя это заботам местного населения. Согласно статистического отчета Витебской городской управы, по состоянию на 1 августа 1942 г. в Витебске действовало 2 церкви и было зарегистрировано 2 священника, 2 псаломщика и 3 сторожа. Были и потери: погибло четыре священнослужителя, сгорело три церкви в районах Витебской области.

В конце 1942 г. П.В. Пароменский подготовил к печати «Настольный православный календарь на 1943 год» (с приложением табель-календаря), после проверки текста календаря немецкая администрация предполагала напечатать тираж в Берлине, но этого не произошло. Видя недостаток в самом необходимом для организации приходской жизни, П.В. Пароменский обратился к митрополиту Берлинскому Серафиму (Ляде) с письменной просьбой о приобретении богослужебных книг, парчи для облачений, нательных крестов. В ответ из Берлина пришла посылка с тремя томами Великого сборника, с несколькими коробками нательных крестов и папкой бумажных икон берлинского издания для массового распространения. В дальнейшем нательные кресты изготавливались в церковной слесарной мастерской. В 1943 г. от епископа Стефана (Севбо) из Смоленска были получены для распространения изданные там православные календари и образцы бумажных икон для иконописания.

В день праздника Крещения Господня - 19 января 1942 г., впервые после многолетнего перерыва, при большом стечении людей были организованы торжественные крестные ходы: от Витебской Казанской церкви - к местному источнику на Марковщине, а от Витебской Покровской церкви - на реку Западная Двина. В начале 1942 г. в Витебск прибыл отдел пропаганды фельдкомендатуры. После этого церковный отдел, организационно оставаясь в составе городской управы, должен был согласовывать свои действия и с этой структурой.

Зимой 1942 г. Витебск посетил настоятель Минского кафедрального собора с целью ознакомления с положением дел на православных приходах. 3 марта 1942 г. на заседании Белорусского Синода было принято решение учредить Полоцко-Витебскую епархию.

8 марта 1942 г. в Преображенской церкви г.Минска архимандрит Афанасий (Мартос) был рукоположен в сан епископа и назначен на кафедру Полоцко-Витебской епархии, но в Витебск не приезжал, находясь в м.Жировичи.

С 12 июля 1942 г. – дня памяти святых апостолов Петра и Павла, по воскресным дням в церквях Витебска начались занятия по Закону Божию с детьми прихожан. К августу 1942 г. кроме Витебских Покровской и Казанской церквей на териитории Витебской области действовало 24 приходские церкви: в Яновичах, Шумилино, Добее, Лесковичах, Фальковичах, Высочанах, Островно, Круглянах, Павловичах, Добригорах, Бикложанах, Оболи, Казаково, Котово, Чашниках, Лепеле, Городке, Сураже, Велиже, Ловце, Лабане, Улле, Ловше и Лиозно. Начали действовать старообрядческие молитвенные дома в поселке тарного комбината, 10-й Полоцкой, Гуторовской, Задуновской улицах г.Витебска, в п.Шумилино, Сиротинском районе и др.

Старообрядческие общины беспрепятственно легализовывались с разрешения местных немецких комендатур на основании акта об открытии молитвенного дома. Затем производилась регистрация новой общины в церковном отделе г.Витебска с указанием духовника, головщика (регента) и старостата. Церковный отдел поставлял старообрядческим общинам свечи, бланки метрических ведомостей и приходо-расходные книги. Старосты общин ежемесячно должны были предоставлять в церковный отдел сведения о естественном движении населения (родившиеся, умершие и т.д.).

Церковный отдел организационно курировал деятельность всех религиозных общин, но не все из них получали поддержку немецкой военной администрации. Так, хотя в самом начале оккупации для римско-католической общины г.Витебска и был открыт костел св. Антония, богослужения в котором совершали капелланы немецких воинских частей, то к 1942 г. отношение к ее нуждам кардинально изменилось в худшую сторону. Несмотря на попытки найти себе поддержку у влиятельных армейских чинов, об организованном совершении богослужения для римско-католической общины уже не могло быть и речи, а в костеле св. Антония по воскресным дня проходили богослужения местных лютеран, которые проводили капелланы немецких воинских частей. Впоследствии, когда немецким военнослужащим было запрещено молиться совместно с оккупированным населением, то стало невозможным задействовать капелланов и даже находиться во время молитвы в одном помещении с немецкими военнослужащими. По этой причине местные лютеране пытались открыть свою кирху, но ввиду малочисленности общины и отсутствия материальных средств этот план не осуществился. Но местные лютеране, имевшие статус фольксдойче, могли отдельно собираться для молитвы в специально выделенной комнате Витебского белорусского народного дома. Деятельность баптистских общин запрещалась немецкой военной администрацией, но в Витебске баптисты смогли легализоваться под названием евангелистской общины, получив для этого разрешение напрямую от командующего фронтом. Община функционировала на Тригубской улице под управлением одного из жителей д.Батраки Витебского района.

На праздник Рождества Христова, 7 января 1943 г., в приходских церквях Витебска были совершены торжественные богослужения, после которых были отслужены молебны об избавлении страны от большевизма.

С февраля 1943 г. православные приходы на территории Витебской области были подчинены управляющему Смоленской епархии. 11 марта 1943 г. оккупационная газета «Новый Путь» сообщила о том, что управляющим Полоцко-Витебской епархией временно назначен епископ Смоленский и Брянский Стефан (Севбо).

В апреле 1943 г. в Витебске Пасхальные богослужения совершались с участием миссионеров архимандрита Серафима и иеромонаха Григория, следовавших из Минска по поручению митрополита Пантелеимона (Рожновского) в поездке по Белоруссии, с целью возобновления церковной жизни. Путь до Витебска занял у них три месяца. На Вербное воскресение 1943 г. миссионеры совершили первое богослужение в г.Сенно, на котором присутствовало более 1000 молящихся и крестили там более 200 детей. Далее они проследовали через п.Богушевск в г.Могилев.

В мае 1943 г. П.В. Пароменский получил от епископа Стефана (Севбо) приглашение для участия в Смоленском съезде духовенства и мирян, а также пропуск для проезда в г.Смоленск.

6 июня 1943 г. в Витебске было проведено заупокойное богослужение (Великая Панихида) по жертвам налета на город советской авиации 28 мая 1943 г.

13 июня 1943 г. в Витебске был организован крестный ход с местночтимой чудотворной Казанской иконой Божией Матери из Казанской церкви в Покровскую, а 27 июня – обратно, из Покровской церкви в Казанскую.

15 июня 1943 г., впервые после 25-летнего перерыва, в Покровской церкви г.Витебска открылся съезд священнослужителей и делегатов-мирян Полоцко-Витебской епархии. Была установлена следующая норма представительства от прихода: 1 священник, 1 псаломщик и 1 церковный староста. На съезд явились представители приходов Витебска, а также Городка, Лепеля, Сычевки, Лиозно, Яновичей, Лужесно, Добромыслей, Зароново, Фальковичей, Лабан, Еменца, Круглян и Невеля – всего 20 представителей духовенства и 2 мирянина. Кроме делегатов, на съезде присутствовали представители германского военного командования Шультхейс, Фукс, бургомистр Витебска и чиновники горуправы.

Председателем съезда был избран игумен Модест (Павлов), ответственными членами – П.В. Пароменский, священник Климентий Чирковский и бургомистр Витебска, секретарями – староста Покровской церкви В.Метлинский и секретарь церковного отдела Л.Букаткина. Приветствие съезду от лица германского военного командования огласил Фукс, отметив важность предстоящего съезда, проходящего впервые после 25 лет большевизма. Он пожелал, чтобы работа съезда протекала спокойно, все вопросы были бы обсуждены в согласии, без розни между духовенством и мирянами. Затем был заслушан информационный доклад П.В. Пароменского о съезде духовенства Смоленской епархии 12-13 мая 1943 г. Решения съезда были одобрены и приняты к сведению и руководству.

Для руководства церковно-приходской жизнью Витебщины на съезде было избрано Витебское окружное благочинническое управление, состоящее из четырех членов, представляющих духовенство и мирян. Для избрания П.В. Пароменский предложил следующих кандидатов: от духовенства – игумена Модеста (Павлова), военного священника протоиерея Бориса Чикильдина, настоятеля Витебской Покровской церкви протоиерея Димитрия Григорьева, настоятеля Лиозненской Успенской церкви священника Савелия Титова; от мирян – заведующего церковного отдела П.В. Пароменского, церковного старосту В.С. Метлинского, помощника церковного старосты Покровской церкви П.М. Беликова, прихожанина Покровской церкви юриста В.Н. Еленевского.

После обсуждения съездом представленных кандидатур, были единодушно избраны: председателем окружного благочиннического правления (он же и благочинный) – игумен Модест (Павлов), секретарем – П.В. Пароменский, членами – протоиерей Борис Чикильдин и юрист В.Н. Еленевский. Была утверждена смета расходов: на содержание Смоленского епархиального управления – единовременно по 200 марок с каждого прихода до конца 1943 года; на содержание Витебского благочиннического управления – по 4000 рублей с каждого прихода ежемесячно (1500 руб. благочинному, 1000 руб. секретарю, по 750 руб. членам правления).

Съездом был одобрен штат служащих церковного подотдела со всеми его подсобными организациями, предоставив заведующему отделом право изменять штатную структуру в зависимости от условий работы в дальнейшем.

Рассматривался вопрос и о создании Витебского викариатства. В случае визита в г.Витебск епископа Смоленского Стефана (Севбо), предполагалось обратиться к нему с просьбой назначить викарным епископом Полоцко-Витебской епархии бывшего ключаря Витебского Николаевского кафедрального собора и бывшего настоятеля Витебской Покровской церкви – митрофорного протоиерея Петра Беляева, к тому моменту ставшему настоятелем Смоленского кафедрального Успенского собора.

Деятельность церковного подотдела отдела культуры Витебской Городской Управы была признана необходимой и в дальнейшем – как организационного звена между архиереем и приходами. Согласно решения съезда Смоленской епархии 12-13 мая 1943 г. и принимая во внимание увеличившийся объем работы, так как сфера деятельности подотдела вышла далеко за границы г.Витебска, было признано необходимым выделить церковный подотдел из состава горуправы в самостоятельный орган областного значения с названием «Церковное управление Полоцко-Витебской епархии», заведующим Церковного управления стал П.В. Пароменский.

Было решено до момента создания окружных благочиннических управлений организовать благочиннические советы на базе двух-трех близлежащих приходов. Благочинным было рекомендовано организовывать для помощи приходам местные церковно-общественные братства, священнослужители обязывались опираться в своей деятельности на приходскую интеллигенцию, в частности, женщин.

Бурное обсуждение на съезде вызвал вопрос об организации в Витебске пастырских курсов, решение об открытии которых было принято на съезде духовенства Смоленской епархии 12 мая 1943 г. Если программа обучения на курсах, принятая в Смоленске, была единогласно одобрена и в Витебске, то по вопросу о сроке обучения и контингенте обучаемых мнения разошлись. П.В. Пароменский считал достаточным 3-месячный курс занятий для 25 человек с законченным средним образованием. Игумен Модест (Павлов) предложил увеличить срок обучения до одного года и производить предварительную проверку знаний поступающих. Член благочиннического управления В.Н. Еленевский поддержал мнение игумена Модеста по сроку обучения не менее одного года, предложив при этом не набирать молодежь со средним образованием из «… большевистского поколения, не имеющего даже основных понятий о Законе Божием», а потому не способного усвоить предложенную программу по истории Ветхого и Нового Завета не только за 3 месяца, но и за целый год. Владимир Еленевский предложил набирать только лиц, получивших базовое религиозное образование в дореволюционное время, имеющих и более низкий образовательный ценз (после городского училища), - при этом условии срок их обучения мог составить 6-8 месяцев.

В итоге было принято решение установить срок обучения в 3 месяца, поступающих принимать при наличии рекомендации настоятеля местного прихода, а ценз обучения определить двоякий: как со средним советским образованием, так и с дореволюционным городским училищем, соответственно разделив обучаемых на две группы. Разработка учебного плана, сетки учебных часов и расписания занятий и оплата преподавателей была возложена на Витебское благочинническое управление.

Получил также рассмотрение вопрос о преподавании Закона Божия в школе. Было решено: 1) обратиться к немецкому военному командованию и бургомистру г.Витебска с просьбой разрешить преподавание с начала учебного года Закона Божия во всех школах г.Витебска и области; 2) обязать священно– и церковнослужителей обязывались принять участие в учебном процессе; 3) при необходимости – привлечь к преподаванию имеющих соответствующее образование школьных учителей, жен духовенства, церковных работников и монахинь; 4) средства на оплату труда преподавателей Закона Божия изыскать Витебскому благочинническому управлению.

Для подбора кандидатов для рукоположения настоятелям приходов было предложено искать среди прихожан людей «верующих, благочестивых, примерных, преданных церкви и никогда не порывавших с ней связи», имеющих оговоренный образовательный ценз.

Для реализации образовательной программы обсуждался вопрос о передаче церковному управлению богословской библиотеки, оставшейся в Витебске, в здании областного краеведческого музея. Было решено ходатайствовать об этом перед бургомистром г.Витебска, в штат церковного управления ввести должность библиотекаря, также покупалась богословская литература и у частных лиц. Кроме этого, руководство для священно- и церковнослужителей, переданное епископом Афанасием (Мартосом), было принято к исполнению и распространено по приходам.

Обсуждалась и тема воспитания юношества, поскольку на съезде Смоленского духовенства 12-13 мая 1943 г. епископ Стефан (Севбо) призвал использовать любую возможность для «… морального воздействия на подрастающее поколение и его религиозно-церковное воспитания». В.Н. Еленевский отметил важность религиозного просвещения брачующихся, чтобы они своих детей воспитывали в духе православия. Настоятель Яновичской церкви Феодор Котляров продолжил тему, поделившись личным опытом проверки знания брачующимися основных молитв и проведения бесед с восприемниками при совершении крещения о дальнейшем религиозном воспитании детей. Игумен Модест (Павлов) критически высказался в ответ, заявив, что необходимо заранее в проповедях с амвона учить прихожан, а не перед венчанием, так как этим можно оттолкнуть многих от совершения таинства: «… надо учить ребенка, а не заставлять учиться брачующихся». П.В. Пароменский высказался в поддержку игумена Модеста, сказав, что требования в отношении знания веры должны быть оглашены прихожанам с церковной кафедры заранее, а не в момент совершения таинства.

В итоге для воспитания подрастающего поколения было решено задействовать не только церковную проповедь, но и проводить собеседования о вере с молодежью в храмах после совершения богослужений, привлекать юношей к помощи во время богослужения, вводить народное исполнение Символа веры и молитвы Господней на литургии, поставить преподавание Закона Божия в школе на научную почву, использовать общекультурные средства воспитания (газеты, кино, радио, пение), организовать чтения и беседы с иллюстрацией картин, ежегодно устраивать общественную рождественскую елку, придавая этому религиозный характер.

Рассматривался вопрос об отношении к старообрядческим общинам, было решено стремиться всеми силами к восстановлению общения с ними.

Обсуждались и сугубо хозяйственные вопросы. Для изготовления свечей требовались воск, парафин и вощина – их поставка возлагалась на приходы. Вопросы о налогах на церковные здания и земли; принадлежности земельного участка, засеянного рожью, в Витебске около Зеленхоза; о возвращении грузовой газо-генераторной машины – требовалось решать через немецкую администрацию. 16 июня 1943 г. съезд закончил свою работу, выразив благодарности за возможность возрождения церковной жизни как епископу Стефану (Севбо), так и немецкому командованию. Церковное Управление не ограничивалось только лишь одной заботой об обеспечении приходов свечами, иконами, нательными крестами и другими необходимыми предметами церковной утвари – осенью 1943 г. из средств Церковного Управления было отпущено десять тысяч рублей для помощи детским домам Витебска. Такая помощь стала возможной после выделения земельным отделом горуправы на возмездной основе 2 гектаров земли для огородов в районе Витебского стадиона, 6 гектаров земли для полеводства вблизи пригородного с.Тулово, участка земли за военгородком и авиашколой – по арендной плате в 2200 рублей за сезон, причем излишки продукции подлежали реализации горуправой. Кроме этого, Церковное Управление имело четыре мастерских: свечную, столярную, слесарную и иконописную, деятельность которых приносила денежные средства для существования епархиального управления и благотворительности. Осенью 1942 г. выращенными овощами (турнепс, свекла, брюква и капуста) были снабжены все члены церковного отдела (221 человек), городскому населению через горуправу было предоставлено три тонны овощей (по одной тонне турнепса, брюквы и капусты).

Была организована бесплатная продовольственная помощь лицам, потерявшим средства к существованию в условиях военного времени, а также сиротам и вдовам духовного звания, до этого регулярно получавшим денежную помощь от церковного отдела. На зиму был создан резервный запас продовольствия: квашеная капуста, квашеная свекла, картофель, капуста, брюква, турнепс.

В 1943 г. Витебская городская управа пыталась помешать благотворительной деятельности церковного отдела, препятствуя расширению посевных площадей и выращиванию зерновых культур, разрешение этого спора осуществлялось земельным управлением в Берлине и местной военной администрацией.

23 июня 1943 г. были образованы Витебский благочиннический округ во главе с игуменом Модестом (Павловым) и Полоцкий благочиннический округ во главе с протоиереем Антонием Девятовским.

В день памяти св. апостолов Петра и Павла – 12 июля 1943 г. – состоялось открытие пастырских курсов Витебского окружного благочиннического управления. В день праздника в Витебской Покровской церкви после литургии был отслужен молебен, а 13 июля с 9 часов утра начались учебные занятия в доме №36 на Сенной площади г.Витебска, где проживала семья заведующего отделом культуры Витебской городской управы Дмитрия Титовича Денисевского, помимо этого давшая кров и Витебскому Церковному управлению. Курс обучения был рассчитан на 3 месяца, учащиеся обеспечивались интернатом и денежным пособием. Заведывал курсами П.В. Пароменский, преподавали юрист В.Н. Еленевский, псаломщик (бывший преподаватель музыкальной школы) Г.И. Никифоровский, псаломщик Покровской церкви (бывший преподаватель пения в школе) А.А. Лебедев и священники: Модест Павлов, Димитрий Григорьев, Борис Чикильдин.

14 октября 1943 г., в день престольного праздника Витебской Покровской церкви, после литургии состоялось общее собрание православных прихожан для годового отчета о жизни Полоцко-Витебской епархии и деятельности Церковного управления, а также состоялось празднование «двухлетия свободы Церкви Полоцко-Витебской епархии». К этому моменту в ведении церковного управления находилось 23 прихода и 16 старообрядческих общин. Бюджет управления составлял 450000 рублей, помимо этого имелись отдельный фонд для ремонта Николаевского собора, Преображенской церкви и специальный фонд имени покойного регента Покровской церкви А.В. Пульхрова, его имущество по завещанию перешло церковному управлению. Отделу здравоохранения горуправы было передано 11000 рублей, детским организациям г.Витебска – 10000 рублей, внесено на содержание Смоленского епархиального управления 26000 рублей и еще 10000 рублей на его эвакуацию из Смоленска. В Витебске предполагалось открытие прихода Спасо-Преображенской церкви. Неотложной задачей церковного управления было поставлено перенесение мощей преподобной Евфросинии из Витебска в Полоцкий женский монастырь согласно ее воле.

В 1943 году в витебских православных церквях служили: в Казанской церкви - священник Герасим Маркович Виноградов и священник Анатолий; в Покровской церкви - игумен Модест Павлович Павлов, военный священник протоиерей Борис Чикильдин, протоиерей Дмитрий Григорьев, диакон Петр Николаевич Мишин, диакон Константин Пашин, псаломщики Геннадий Иванович Никифоровский и Аркадий Михайлович Зенкович, церковный староста Владимир Семенович Метлинский, помощник церковного старосты Петр Максимович Беликов, священник Климентий Чирковский.

По свидетельству бывшего офицера Абвера обер-лейтенанта вермахта Д.П. Карова (Кандаурова), в это время священники в Витебске «… были интеллигентными и народ не обирали, в политику не вмешивались, а занимались своими духовными делами … Все священники наотрез отказались давать какие-либо сведения для меня, хотя я и предлагал им исключительно хорошие условия». В 1970-е гг. Петр Леонович Лебедев, бывший связной партизанской бригады Алексея Данукалова,  в своих мемуарах упомянул и такой эпизод деятельности витебского антифашистского подполья: "... В церкви, которая стояла на углу улиц Гоголя и Безбожной [Покровская церковь] ... витебский подпольщик должен передать мне важный документ. Лично его я не знал. Он, сказали мне, будет стоять у иконы Георгия Победоносца с двенадцати до тринадцати часов и рассматривать ее. Подойдя к нему, я должен начать: «Все-таки икона написана плохо». Он спросит: «А ты не смог бы написать лучше?» «Конечно, могу»,— должен ответить я. «Чем писать, возьми лучше готовые божьи иконы»,— предложит он. Так все и случилось. Он передал мне готовые снимки икон. Среди них был и тот важный документ ...".

К октябрю 1943 г. председатель Витебского окружного благочиннического управления игумен Модест (Павлов) был переведен в Спасо-Евфросиниевский монастырь Полоцка, а член Церковного Управления юрист В.Н. Еленевский переехал в г.Дрисса. На место председателя Церковного управления был избран священник Борис Чикильдин, а членами Церковного управления были избраны настоятель Витебской Покровской церкви священник Дмитрий Григорьев и староста той же церкви В.С. Метлинский.

21 октября 1943 г. распоряжением оккупационной власти был открыт Полоцкий Спасо-Евфросиниевский женский монастырь и для обеспечения сохранности мощей преподобной Евфросинии в ситуации превращения Витебска в фронтовой город требовалось перенести святыню в Полоцк, на что заранее было получено благословение епископа Смоленского и Брянского Стефана (Севбо), который сам хотел участвовать в этом событии, но ему помешала внезапная эвакуация Смоленска.

21 октября 1943 г. Церковное управление Полоцко-Витебской епархии получило разрешение от штандортскомендатуры г.Витебска на возвращении мощей преподобной Евфросинии из Витебска в ее Полоцкую обитель. На следующий день, 22 октября, в Витебской Покровской церкви православные прощались с мощами преподобной Евфросинии: были отслужены литургия и молебен. Утром 23 октября гробница с мощами преподобной была перенесена на украшенную живыми цветами машину и перевезена на железнодорожный вокзал Витебска в сопровождении заведующего Церковным управлением П.В. Пароменского, благочинного священника Бориса Чикильдина и шести монахинь. Гробница с мощами была помещена в особый вагон, который поздно вечером 23 октября прибыл в г.Полоцк.

На Полоцком вокзале мощи встречали монахини Полоцкого монастыря (около 50 человек), все местное духовенство, учащиеся пастырских курсов. Гробницу с мощами в сопровождении большого числа молящихся перенесли в Полоцкий Софийский собор. На следующий день, в воскресенье 24 октября, в Софийском соборе впервые после 25-летнего перерыва, соборным чином была отслужена Божественная литургия и молебен перед мощами преподобной Евфросинии. После отпуста литургии слово «О почитании святых мощей» произнес священник Борис Чикильдин, а после совершения молебна благочинный Полоцкого округа протоиерей Антоний Девятовский произнес проповедь о подвигах и жизни преподобной. После чего, при громадном стечении народа крестный ход с мощами святой Евфросинии под пение стихир акафиста преподобной направился в Спасо-Евфросиниевский монастырь. У реки Полота торжественную процессию встретил монастырский крестный ход, возглавляемый настоятельницей игуменией Ананией и духовником обители игуменом Модестом (Павловым). Оба крестных хода соединились, мощи преподобной были внесены в монастырский Спасо-Преображенский храм, где было совершено всенощное бдение, которое возглавил игумен (впоследствии архимандрит) Модест (Павлов).

25 октября 1943 г. в этом же храме соборным чином была отслужена Божественная литургия перед мощами преподобной Евфросинии. Во время литургии проповедывали священники Феодор Котляров и Борис Чикильдин. По свидетельству участника события игумена Модеста (Павлова), только само известие о перенесении мощей преподобной Евфросинии настолько всколыхнуло души людей, что от великой радости они на какое-то время потеряли дар речи: чтец не мог читать, певчие – петь, а священник – произносить возгласы.

17 ноября 1943 г. закончилось пребывание П.В. Пароменского в должности заведующего Церковным управлением Полоцко-Витебской епархии – он был принудительно эвакуирован из Витебска в Иллукстский уезд (Латвия), где представлял интересы русских беженцев перед местной администрацией, а затем работал учителем русского языка и литературы в Медумской неполной средней школе Курцумской волости Иллукстского уезда. Эвакуированное из Витебска население оказалось в тяжелых условиях – голод, неотапливаемые помещения в сильные морозы – фактически на положении батраков. Здесь Павел Владимирович потерял внучку, не перенесшую таких условий жизни, а еще в Витебске лишился зятя, расстрелянного немецкой администрацией. Тем не менее, даже в ситуации, полной лишений и скорбей, его деятельность в г.Витебске оказалось очень плодотворной и привела к созиданию и укреплению материальной базы приходов, подбору и воспитанию кадров церковно- и священнослужителей.

20 ноября 1943 г. церковное управление эвакуировалось из г.Витебска в г.Алитус. Таким образом, с ноября 1943 г., после эвакуации органов гражданского самоуправления из Витебска, административное управление деятельностью православных приходов Полоцко-Витебской епархии осуществлялось из г.Полоцка, где уже имелась церковная секция при культпросветотделе Окружного управления. При ней была открыта мастерская по изготовлению церковных свечей, доход от реализации которых должен был покрыть расходы на содержание Полоцких пастырских курсов, возобновление деятельности которых предполагалось с января 1944 г., а очередной выпуск планировался к Пасхе 1944 года.

На праздник Крещения Господня – 19 января 1944 г. – в Полоцке при большом стечении народа было совершено освящение воды на реке Западная Двина около Софийского собора и церкви св.Иоанна Богослова, Спасо-Евфросиниевский монастырь совершил освящение воды на реке Полота. На первой неделе Великого Поста в 1944 г. все три православных храма Полоцка были переполнены молящимися. В неделю Торжества Православия в Спасо-Евфросиниевском монастыре у старейшего священника Полоцка – архимандрита Модеста (Павлова) – причастилось более 250 человек. Многие дети и подростки исповедывались впервые.

За время оккупации немецкая администрация неоднократно оказывала недопустимое давление на приходское духовенство Полоцко-Витебской епархии. В июле 1941 г. немецкий генерал заставил настоятеля Язненской церкви в течение двух месяцев исполнять обязанности бургомистра Язненской волости. Священник отказался, ссылаясь на отсутствие разрешения архиерея, на что генерал ответил, что архиереем сейчас является он (т. е. генерал).

В декабре 1941 г. жителям деревни Самулешково было объявлено, что всех некрещеных ожидает судьба еврейского населения, после чего в январе 1942 г. православный священник крестил там более 30 детей.

В январе 1942 г. церковные общины обязывались сбором теплых вещей в пользу немецкой армии, причем призыв к этому священник должен был произнести с церковной кафедры.

В январе 1942 г. митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский) направил специальное послание духовенству и верующим на оккупированной территории СССР, в котором содержался призыв к поддержке партизанского движения и осуждение сотрудничества с немецкими захватчиками, в пасхальном послании от 2 апреля 1942 г. он подчеркнул чуждость нацистской идеологии христианскому учению, а в ноябре 1942 г. митрополит Сергий обратился с посланием к православным христианам оккупированных Германией стран с призывом перейти на сторону антифашистской коалиции. Общей нотой этих посланий было осуждение изменников вере и отечеству: «… всякий виновный в измене общецерковному делу и перешедший на сторону фашизма, как против Креста Господня, да числится отлученным, а епископ или клирик – лишенным сана».

В ответ осенью 1942 г. в оккупационных газетах, издававшихся в Риге и Смоленске, были опубликованы ответные послания полемического содержания митрополиту Московскому от местного духовенства. По принуждению немецкой администрации подобное полемическое послание было составлено церковным отделом от лица духовенства Полоцко-Витебской епархии, текст был зачитан на собрании духовенства и старост церковных общин г.Витебска, с поправками утвержден и подписан собравшимися, а впоследствии опубликован в газете «Новый путь» (Витебск).

22 июня 1944 г. по требованию Дриссенской ортскомендатуры и распоряжению управляющего Дриссенским районом священник Николаевского собора г.Дрисса служил молебен в память 3-летия освобождения Белоруссии от большевиков, а затем вместе с прихожанами присутствовал в митинге на центральной площади.

В 1944 г. священник прихода св.Параскевы в г.Лепель был принужден отслужить молебен на общем построении немецкого воинского формирования под командованием Б.Каминского.

Весной 1944 г. в Спасо-Евфросиниевском монастыре состоялся 2-й съезд Полоцкого благочиния. На нем выступил секретарь благочинного и призвал духовенство вступить в ряды Национал-социалистической трудовой партии России (НСТПР), отделение которой существовало в Полоцке уже в феврале 1944 г. и возглавлялось заведующим церковным отделом Полоцкого округа. Предполагалось, что члены НСТПР будут бороться с большевизмом и советской властью под лозунгом: «Ни коммунизм, ни капитализм, а национально-трудовой солидаризм!». Предполагалось, что «… для победы над закабалившей Россию комвластью нужна планомерная идейная и действенная борьба. Нужна крепкая и разветвленная по всей стране подпольная сеть национально-революционной организации … Наше первое дело – расшатать коммунистический аппарат угнетения. Наше второе дело – совершить переворот путем вооруженного восстания … В борьбе с коммунизмом все средства хороши …».

Несмотря на оказанное давление, никакого решения по данному вопросу съезд не принял, а в НСТПР из духовенства вступил только настоятель Полоцкой Иоанно-Богословской церкви, прибывший в Полоцк вместе с отступающими немецкими войсками и впоследствии ушедший вместе с ними на Запад.

В сентябре 1943 г. Архиерейским Собором, состоявшимся в Москве, Патриархом Московским и всея Руси был избран митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский). Через это особую остроту приобрел вопрос открытого литургического поминания Патриарха Московского причтом православных приходов, находящихся на оккупированной территории, что было небезопасно, а в оккупационной газете «Новый путь» (Витебск) вышла серия статей, в которых активно полемизировалась тема законности этого избрания: «Безбожно-божественное дело», «Мы не пойдем за компатриархом», «Кто выбирал Патриарха?», «Сталин в роли богоносца» и др. Кроме того, в этой газете в дни больших религиозных праздников церковный отдел регулярно публиковал статьи духовно-нравственного содержания, но по требованию роты пропаганды сугубо церковное содержание статьи дополнялось пропагандистским элементом – осуждением угнетения религии в СССР и благодарностями германской армии, изменившей такую ситуацию на оккупированной территории.

Благодаря ходатайствам православного духовенства перед немецкой оккупационной администрацией получало свободу русскоязычное население, помещенное в концлагерь, как это было, например, в г.Дрисса, когда через ходатайство священника из концлагерей было освобождено около 700 человек.

Зачастую совершение богослужения требовало от духовенства личного мужества, особенно если речь шла о молитве за души людей, погибших от рук немецких военнослужащих в ходе антипартизанских акций. В благодарной памяти людей остался подобный пример мужественного проявления милосердия и человеколюбия приходским священником из г.Дрисса, который в июле 1943 лично совершил литургию и отпевание 130 расстрелянных жителей из сожженной немецкими оккупантами д.Мартиново Дриссенского района, а через 40 дней выехал на их братскую могилу, где отслужил панихиду.

Народная молва также сохранила свидетельство священника Николаевского собора Дриссы о том, что благочинный Полоцкого округа Антоний Девятовский в конце 1943 выехал в Польшу, а митрополит Пантелеимон (Рожновский) и епископ Стефан (Севбо) не имели желания эвакуироваться в Германию, но были принудительно вывезены туда немецкими оккупантами. П.В. Пароменский, принудительно вывезенный из Витебска в Латвию, суровой зимой 1944 г. ютился с семьей в подсобном неотапливаемом помещении, голодая и не имея возможности помочь умирающим от холода родственникам. Позже он сделал вывод о том, что официальная германская власть так и не увидела в православной церкви сакрального института, а только пыталась использовать ее как аппарат для манипулирования местным населением.

С 4 сентября 1944 года православные приходы на территории Витебской, а затем и Полоцкой областей были подчинены архиепископу Минскому и Могилевскому Василию (Ратмирову). Православные священнослужители, служившие в период немецкой оккупации, входили в каноническое общение с ним через принесение покаяния. Часто это происходило заочно, без личной встречи с архиереем, когда настоятель прихода оформлял письменное отношение на имя епископа, в котором описывалось личное покаянное чувство за период церковного служения под контролем немецкой оккупационной администрации и выражалось желание продолжить исполнение настоятельских обязанностей на своем приходе. Были и такие примеры, когда приходской храм был утрачен в ходе антипартизанских акций немецких карательных органов и священник искал назначения на вакантный приход, оставшийся без настоятеля – погибшего, либо перемещенного на Запад.

По отношению к 1941 г. состав священнослужителей сильно изменился в 1943-1944 гг., когда на пространстве от г.Орша до г.Поставы появилось духовенство, эвакуированное при отступлении немецких войск со своих приходов в Смоленской области. Не имея возможности вернуться обратно, многие из них искали возможности приема в клир Минской епархии и получали назначение на приходы Витебской и Полоцкой областей. При этом с помощью эксперта в области церковного права юрисконсульта Минского епархиального управления В.Н. Еленевского исследовалась каноничность рукоположения клириков. В обновленческих хиротониях при определенных условиях признавались действительными рукоположения обновленческого архиепископа Гавриила Свидерского, в отличие от хиротоний обновленческого митрополита Михаила Свидерского, не считавшихся совершившимся таинством. Например, если обновленческий священник имел законное поставление в диаконский сан и незаконное поставление во пресвитера, то над ним заново совершалась только священническая хиротония, если же и прежняя диаконская хиротония признавалась незаконной, то клирик рукополагался архиепископом Василием (Ратмировым) и в диакона, и в священника.

Таким образом, к концу 1946 г. подавляющее большинство приходского духовенства военной поры воссоединилось с Московской Патриархией посредством архиепископа Василия (Ратмирова), в 1947 г. покинувшему пределы Белоруссии. Но необходимость практики священнических перерукоположений сохранялась еще целое десятилетие и при его преемнике – архиепископе Минском и Белорусском Питириме (Свиридове), пока окончательно не иссяк поток духовенства, возвращавшегося к приходскому служению после почти двух десятков лет вынужденного перерыва в священнослужении.

 

 

Статистика по годам

Сведения из Памятных книжек Витебской губернии (1861 - 1914)

Судьбы православного духовенства и мирян Витебщины (1917 – 1990)

Витебский мартиролог (1918 - 1952)

 

Подвиг веры

Житие священномученика НИКОЛАЯ ОКОЛОВИЧА

Житие святого исповедника веры ВЛАДИМИРА ЕЛЕНЕВСКОГО

- См. еще

Справочная литература, изданная до 1917 года

- Читать далее